Воспитание Из жизни

Антипедагогическое

Фото Helen Whittle

После всего, что с нами случилось, я, кажется, достигла дзена – но только в одной области. В области детского образования. Во всех остальных областях и отношениях я стала еще большим невротиком, чем была. Но в том, что касается школы, успеваемости, оценок, вообще учебы – я теперь просто Будда. Сначала я думала, что это временное, что вот мы вернемся из Берлина в Москву и мне снова станет важно и тревожно, как Саша учится, какие получает оценки, какой у нее почерк и насколько она безнадежна в математике. Но нет. Все это по-прежнему меня совсем не волнует. Я в общем даже пытаюсь периодически быть «хорошим родителем», интересоваться результатами контрольных и т.п., но получается у меня плохо, и вот – учебный год кончается, а я действительно понятия не имею, как учится Барсук и какие у Барсука итоговые оценки, да и промежуточные тоже. Может быть, хорошие. А может быть, тройки и двойки. Все эти цифры кажутся мне теперь неважными (простите меня, Сашины учителя!). В плане ее «успеваемости» мне достаточно того, Барсук пишет отличные рассказы, в этих рассказах есть фантазия, чувство композиции, чувство юмора и стиль, а орфографических ошибок почти нет. Но реально важным кажется другое.

Когда-то в прошлой жизни, несколько лет назад, у нас с Барсуком вышел скандал не то по поводу ее отвратительного почерка, не то по поводу адского бардака в ее комнате, не то потому, что она ленится делать домашнее задание, не то еще по какому-то поводу, который в то время мог показаться мне достойным нервотрепки. Я была оскорблена в лучших чувствах, Барсук был пристыжен и залит слезами, вечер был отравлен. И вот, пытаясь как-то восстановить мир, Саша написала этим своим ужасным почерком стишок и подсунула мне под дверь. Из текста я помню сейчас только последние две строчки, суть его была в том, что аккуратность и прочее – не самое главное в человеке. А последние строчки звучали так: «Я барсук — /Верный друг».

Фото Helen Whittle

Прошло несколько лет, родился Лев, заболел муж, прежде чем я поняла – и, главное, убедилась – что это правда. Она верная. Бардачная, ленивая, неаккуратная, медленная, любящая поваляться в постели с книжкой или планшетом до полудня – она приходит на помощь вообще без просьбы с моей стороны, просто по наитию, именно тогда, когда это реально необходимо. Когда я, к примеру, легла в 2 ночи, а Лев проснулся в 6 утра, причем с температурой, — она сама, без будильника, вдруг встает в 7 утра, быстро одевается, сажает его к себе на колени и поет с ним песенки. Когда Лев, к примеру, вламывается к ней в комнату, открывает все шкафы и начинает выдергивать из ящиков мягких игрушечных зверей за хвосты, выгрызать им глаза и лизать пол с воплями «кака! кака!», Барсук мгновенно откладывает планшет/телефон/уроки и внимательно следит за тем, чтобы он не убился, не прищемил пальчик и не съел какую-то опасную дрянь.

Так что да. Ты Барсук – верный друг. А оценки – ну что оценки? Ну, в крайнем случае, будь ты этим самым дворником. На здоровье. Бывают в жизни вещи и пострашнее. И одна из них – это когда ребенок становится доктором наук, а другом – нет.

Анна Старобинец, журналистка и писательница, мама двоих детей

published on caprizulka.ru according to the materials nashideti.site

OksanamoИстории из жизни
Воспитание Из жизни Антипедагогическое Фото Helen Whittle После всего, что с нами случилось, я, кажется, достигла дзена – но только в одной области. В области детского образования. Во всех остальных областях и отношениях я стала еще большим невротиком, чем была. Но в том, что касается школы, успеваемости, оценок, вообще учебы – я теперь...